img1
img2
img3

Авиа-ж/д билеты и автобусы, отели, прокат авто

BiletyPlus

Горы Гималаи

(Самые высокие горы мира)

Конечно, Гималаи - самые высокие горы мира.

Снежные, красивые и крутые.

Но - если не забираться слишком высоко - посмотреть на Гималаи может и обычный человек, не только матерый альпинист.

Забраться в горы крутыми тропами, сплавиться на плоту по бурной реке, посмотреть на Гималаи с самолета, и даже с дельтаплана!

А уж как высоко вы сможете в горы забраться - зависит от вашей физической формы.

В Покхару, когда-то "Столицу Мира"  хиппи, приезжает множество паломников - без какой-либо подготовки! Нанимают вскладчину большую лодку и плывут по горному озеру Фева на остров, где жил Шива.

Можно отправиться в горы верхом на маленькой местной лошадке. Где совсем круто - придется прогуляться пешком, а так они спокойные и милые. Правда, не любят тропинок над пропастью. Но коника будет вести за веревочку погонщик. И в случае капризов быстро его успокоит (сапогом по морде). Еще надо быть начеку, если вдали на тропе покажется вьючный караван. Мой бесстыжий коник воспользовался случаем, когда мы гуляли по экзотической непальской деревне. И удрал за кобылицами из большого каравана! Часа два его отлавливали и стыдили.

gimalai-samolet

Джомсом, Гималаи.
Аэропорт.

Из Покхары еще выше в горы можно подняться на маленьком рейсовом самолете. Он потихоньку ползет вверх по ущельям. Иногда кажется - все, приплыли - этот перевал нам не взять. Но - берем! И в конце концов садимся на пятачок в Джомсоме. Это маленькое селение на высоте около трех тысяч метров.

Помню, меня поразило - что едят эти люди?!

Был октябрь, по всему Непалу вручную убирали рис. Он там вырастает с хорошую нашу пшеницу.

А здесь - горы, камни и снежные вершины. Даже у реки - ни деревца, ни кустика. Гималаи...

Не зря, наверно, горными тропами идут караваны и носильщики. Вверх они тащат СТОЛЬКО - еле ползут. А вниз что-то пустые идут. Не иначе, Гималаи нынче туристами кормятся!

Еще - в горных селеньях торгуют вездесущим китайским товаром. Это явно не снизу притащили. Давние торговые пути через горы...

Ну, Гималаи не везде такие суровые. Если спуститься чуть ниже - начинаются террасы полей и веселые тропические леса. Махровым цветом цветут заросли дикой марихуаны, по ущельям угнездились дикие же банановые рощи. Вдоль тропы растут неведомые деревья, все в фиолетовых цветах, несмотря на осень.

gimalai-vodopad

Гималаи - горы, где воды много. Ручьи, дожди, реки, водопады - и вода чистейшая, и красиво.

В горных селеньях радостные непальцы готовятся к очередному варварскому празднику - украшают улицы и дома гирляндами цветов. Вечерами они стучат в барабаны, поют свои народные песни и лихо отплясывают национальные непальские танцы.

gimalai-girliandy

В праздники горные селения украшают гирляндами цветов - и в самом бедном доме жизнь становится веселей

Среди домашних животных в суровом климате гор популярны яки. Из школьных уроков географии помню - молоко яка очень жирное - и, значит, вкусное. Попросили мы у непальцев молока яка (як милк). Непальцы долго не понимали, а когда поняли  - долго ржали. Оказывается, "як" - это примерно "бык". А корова его - "нок". Мы ведь пьем коровье молоко, а не бычье.  Ну и просить надо было "нок милк". (Оно действительно оказалось очень вкусным).

В Гималаи забралось на жительство множество монахов. Почти в каждом селении - свой небольшой монастырь. А если внимательно вглядываться в горы - кое-где притаились уединенные монастыри, до которых просто так и не доберешься. Куда-то можно попасть только через пещерные ходы, куда-то - по монахами построенной канатной дороге.

nepal-v-monastyre

В монастыре

Может - это и есть те легендарные монастыри, где хранят тайные знания?

Может быть...

Гималаи - последний фронтьер

Путешествие в высочайшие горы на Земле можно смело рассматривать как плод навязчивой идеи. Гималаи - не просто географический термин: это слово - синоним недоступности, загадочности и, если хотите, места исполнения давно, казалось, похороненных желаний и надежд. Наша поездка в Королевство Непал с успехом выполнила роль магического ключа к ларцу когда-то неисполненных желаний и отложенных до лучших времен решений.

Мы пробыли в Непале две недели - очень мало, если судить по стандартным меркам, но и на редкость много, если в расчет брать насыщенность времени и пространства событиями, впечатлениями, переживаниями и чувствами. В Катманду мы жили в исторической гостинице "Шанкер", бывшей княжеской резиденции, расположенной в центре города, и ежевечерне отправлялись самостоятельно бродить по улочкам, живущим, как казалось нам, в другой исторической эпохе. Резные деревянные балконы нависают над многочисленными крохотными магазинчиками, которые забиты едой, снаряжением для горных переходов, поддельным антиквариатом и подлинными диковинами. В одной из аптек нам встретилась высушенная, растянутая на деревянных палках шкура устрашающего вида лягушки - обладательницы выступающих зубов, заточенных, как охотничьи ножи, и длиннющего змеевидного хвоста. Владелец заведения ни слова не понимал ни на одном из известных европейских языков, и нам так и не удалось установить терапевтический эффект этого непростого лекарства.

Небольшие площади почти всегда заполнены крикливыми торговцами и зачастую окружены плотным кольцом индуистских мандиров (святилищ) и буддийских храмов экстравагантной архитектуры. В последний день пребывания в Катманду мы случайно разговорились с занятным садху - "святым человеком" - мужчиной лет пятидесяти, свободно говорящим по-английски. Почти два часа мы болтали о всякой всячине: об истине избавления от страданий (один из постулатов буддизма), о преимуществах непальской кухни перед западной, о пути жизни и дорогах путешествий, о соотношении этих понятий. Распрощавшись с садху, который даже не пытался потребовать почти обязательного в других случаях денежного подношения (редкое бескорыстие и искренность), мы отправились в ресторанчик "Утце", стоящий недалеко от "сборного пункта" таксистов района Тхамей. Это заведение сохраняет любопытную, пропитанную марихуаной атмосферу Катманду 1970-х гг. - того самого занятного времени, когда Дорога (с заглавной буквы) вдруг стала частью жизни тысяч молодых людей на Западе и Востоке. Катманду и в особенности Покхара - городок на западе страны в 200 км от столицы - в те любопытные времена служили конечным пунктом назначения (тот самый the Ultimate Destination) заросших хиппи.

Случайный разговор со случайным садху на ступенях обычного мандира для нас, закаленных двухнедельным странствием, был рядовым эпизодом. Мы были в Покхаре и Будданатхе, сплавлялись по реке Трисули, прошли по тропам шерпов и пытались высмотреть бенгальских тигров со спин слонов среди зарослей национального парка Читван. Мы обдумывали экспедицию в Бутан и Тибет: в конце концов, если компания, которая организовала нам такую занятную поездку, делает столь заманчивое предложение, надо его рассмотреть по меньшей мере. Нас отличали в толпе приезжих иностранцев - обветренные лица, непальские шапки и жилеты, уверенные (так, по крайней мере, казалось нам) взгляды и повадки старожилов (мы знали аж десяток слов на горкхали), казалось, делали нас похожими на заправских покорителей неизведанных просторов.

Мы взяли по бутылке местного пива (своеобразный вкус - слишком много странных примесей) и по порции момо (тибетские пельмени), устроились обсудить впечатления прошедшего дня, и вдруг неожиданно в памяти всплыло: "Путешествие - это победа над жизнью". Эта фраза, дважды произнесенная садху, каким-то непонятным образом высветила особым оттенком произошедшее с нами за последние две недели. Когда-то, должно быть, все это было наполнено прямым, ясным и доходчивым смыслом: это было в те времена, когда путешествие занимало месяцы, а то и годы караванного пути, когда яки и лошади медленно и осторожно двигались от перевала к перевалу. Путешествие сегодня иногда воспринимается как реальность не вполне настоящая. В современном стандартном туризме ускользает тот самый прямой, ясный и доходчивый смысл. Мы садимся в искусственное пространство самолета, в кондиционированный салон машины, переезжаем в усредненный гостиничный номер, похожий на десятки других. Перемещение в пространстве нередко перестало восприниматься как полноценная победа, оно, скорее, превращается в ожидание конца переезда.

Фраза садху (в придачу с пивом "Нокаут") вдруг "пробила" нас, как говорят, "на сто пудов". Неспешное перемещение пешком среди сияющих снегом вершин, забравшихся далеко за отметки в семь тысяч метров над уровнем моря, - тот самый заманчивый и несколько загадочный треккинг - открыло для нас прелесть настоящей свободы. Мы не были обременены бытовыми заботами: наши рюкзаки несли носильщики-шерпы, они же ставили уютные двухместные палатки или готовили ночлег в симпатичных небольших горных гостиницах; особый повар, идущий с нами, трижды в день старался предвосхитить наши пожелания и выдавал к столу удивительно аппетитные блюда. Организаторы программы позаботились обо всем. Каждый из нас мог планировать трек по своему усмотрению - здесь и в помине не было того своеобразного чувства овечьего стада, которое порой возникает в районах массового нашествия туристических групп. Смысл путешествия как процесса обретения свободы, завершающегося всегда победой над рутиной повседневной жизни, стал вдруг виден ясно и отчетлив.Благодаря кому это произошло - садху, или, возможно, благодаря все же неплохому пиву "Нокаут", а может, и благодаря удачному сочетанию всего этого, - не так уж и важно. Пусть в мире остаются вопросы без однозначных и прямолинейных ответов.

Мы покинули "Утце" только через пару часов, вспоминали Покхару, фантастические пейзажи гор, святое озеро Фева, остолбеневшего носорога в национальном парке, своих классных проводников, нестандартные ощущения от переизбытка адреналина в крови во время сплава на надувных плотах. Немного посмеиваясь над своими философскими построениями - а куда денешься от впитавшегося в кожу городского цинизма, - мы отправились в почти родную бывшую княжескую резиденцию. Завтра - аэропорт, самолет, а там уже дом и работа. Почти все мы с грустью предчувствуем, что это удивительное ощущение внезапного озарения, праздника открытия истины затрется в текучке ежедневных дел. Но в глубине души, в подсознании теперь мы будем уверенно помнить и чувствовать, что есть еще один эквивалент слов "победа" и "свобода". Это - настоящее путешествие.

 

Главное меню